Контраст с западными духовными искателями

Ситуация западных людей, привлеченных тибетским буддизмом, отличается радикальным образом. Лишь некоторые начинают свое буддийское образование еще детьми, посещая некие классы, эквивалентные воскресным школам, организованные их обращенными в буддизм родителями. Так что почти все западные люди приходят к буддизму, уже получив современное образование и прочитав некоторые книги по буддизму. Поскольку книги эти написаны на современном языке, европейцы могут обучаться по ним и без учителя. Однако они обычно хромают в отборе материала, поскольку никогда не разучивают тексты наизусть и не дебатируют их попунктно.

Европейцы ходят в Дхарма-центры, а не в монастыри, и как миряне они жаждут изучать наиболее глубокие учения и обретать опыт в медитации прямо сейчас, в этой самой жизни. Хотя, подобно тибетцам, они получают посвящения задолго до того, как оказываются достаточно квалифицированными, чтобы практиковать тантру, многие хотят получить полные наставления и включиться в практику безотлагательно, не ожидая достижения квалификаций, требуемых в качестве предпосылок этого. Диапазон внимания большинства европейцев довольно ограничен, и, без периодического внешнего стимулирования, они быстро теряют интерес. Почти никто не думает о будущих жизнях и не удовлетворяется закладыванием добрых предрасположенностей. Некоторые европейцы, на самом деле, лелеют романтические фантазии, что они являются Миларепами (это известный тибетский йогин, занимавшийся медитацией в пещере и достигший просветления в той же жизни). Они, конечно, забывают при этом о тех трудностях, которые преодолевал Миларепа для того, чтобы получить учения. Тибетцы никогда не бывают столь самонадеянны.

С определенными исключениями, те немногие европейцы, которые в итоге стали монахами или монахинями, надели монашеские одежды только после длительных изучения и медитаций. Однако, чтобы получить доступ к учениям, западные люди не были вынуждены отрекаться от семейной или одинокой мирской жизни или надевать монашеские облачения. Вряд ли можно найти случай, когда какие-то западные буддисты живут со своими духовными учителями, встраиваясь как часть домашней жизни учителя. Некоторые, однако, живут в Дхарма-центрах, где, отдельно от учеников, могут находиться и их учители.

Исходя из принципа равенства, характерного для нашей культуры, западные миряне ожидают тех же возможностей, которые получают монахи или монахини. Далее, они не терпят дискриминации по критерию пола или любому другому. Они хотят, чтобы все тексты были доступны на их языке, а не на классических языках буддизма. Даже если они декламируют ритуалы по-тибетски, большинство из них станет проделывать это, только если они знают, что читают. Очень мало кто желает декламировать священные тексты, не говоря уже о заучивании их наизусть.

В отличие от тибетцев, большинство западных людей нетерпеливы при обучении медленными темпами. Это происходит из-за их делового образа жизни. Мало кто может потратить больше одного-двух вечеров в неделю и иногда выходные, чтобы ходить в Дхарма-центры. У многих бывает очень мало времени в течение дня, чтобы медитировать. Привычные к скоростям современных условий, они хотят срочного и полного доступа к учениям и быстрых результатов, особенно, когда они должны платить за наставления по Дхарме. Тибетцы вряд ли разделяют эти ожидания.

При таких обширных культурных различиях между западными людьми и тибетцами неудивительно, что часто возникает недопонимание, когда духовные искатели и духовные учители происходят из различных обществ. И крайне редки люди с глубоким пониманием и адекватной оценкой обеих культур.